Как российский врач спасает детей бедняков в Африке

Что подтолкнуло специалиста бросить все и уехать на другой конец света, с какими проблемами он столкнулся и как пытался их решить.

По словам врача, мысли о работе в гуманитарной миссии его не посещали до определенного момента. Все изменилось после знакомства с человеком, который знал о проблемах на континенте не понаслышке. Он-то и позвал Кузнецова в Кению на одну из миссионерских баз, где прежде сам помогал беспризорникам.

Следующим же летом, получив диплом и подав документы в интернатуру, на скопленные деньги Кузнецов купил билет в Кению.

“Первая поездка длилась всего 1,5 месяца, но следующие два года я фактически провел там, лишь ненадолго возвращаясь домой, в Россию. Увиденное в Кении меня ошарашило, в корне изменив отношение ко всему, – рассказывает врач. – Я привык к нашей культуре, организованной по-западному типу. Но у африканцев она построена по-другому. Они иначе думают, иначе относятся друг к другу. Женщины и дети — самая незащищенная и бесправная часть населения. Они постоянно становятся жертвами физического и сексуального насилия”.

Кроме того, доктора повергло в шок количество беспризорников: в Кении с населением 48 миллионов человек только по официальной статистике на улице живет около 1,5 миллионов детей. При том, что у большей части есть родители. Врач рассуждает, что наверняка некоторых выгнали из дома, а другие просто убежали сами. Немало здесь и детей-беженцев, которые отправляются в города из проблемных деревень, где происходят межплеменные конфликты.
“Трудно встретить ребенка, не употребляющего клей, все ходят с пузырьками под носом. Там это как разновидность наркотика. Он очень дешевый. Есть дилеры, которые в строительных магазинах покупают клей большими порциями и за мелочь продают детям. Все это не ради кайфа, а чтобы уйти как-то от реальности, холодных ночей, боли и недоедания”, – говорит врач.

Кузнецов с 2012 года работает с основной базой миссии “Сердце помощи”, которая находится в западной Кении — в Китале. В миссии от 8 до 15 человек — россияне, украинцы, белорусы и американцы со славянскими корнями — а врачом является только Кузнецов.

“Вообще, несмотря на то что по специальности я эпидемиолог, приходилось и принимать роды, и делать различные операции, быть педиатром, терапевтом, хирургом”.

Остальные сотрудники посвящают свое время социальной работе, санитарному просвещению и учат в школе детей. Огромное внимание миссионеры уделяют жителям трущоб: бедняки строят дома из грязи и мусора, в жилищах нет электричества, канализации, а вода берется из открытых источников. По словам врача, здесь процветают алкоголизм и детская проституция.
“Люди живут в ужасных условиях. Четыре года назад при нашем содействии была создана школа, в которой теперь учатся около двухсот детей”.

Кузнецов подчеркивает, что здесь нет никакого социального обеспечения со стороны государства. Школы и больницы платные. Как правило, от обычных жителей требуют немыслимые деньги. Например, обычный прием у доктора стоит в пределах 200-300$, что является неподъемной суммой для среднестатистического кенийца.

Также, по словам доктора, в большей части клиник компетентность врачей вызывают большие сомнения – уровень медицины очень низкий, и поэтому люди умирают здесь из-за инфекций, которые в принципе очень просто лечатся. Чаще всего, как говорит Кузнецов, приходится сталкиваться с малярией и брюшным тифом.

“В Кении периодически случаются вспышки холеры из-за отсутствия у населения доступа к чистой воде и элементарных санитарных навыков. Очень распространена ВИЧ-инфекция, официальная статистика по ней занижена. Согласно нашим исследованиям, около десяти процентов кенийцев, включая детей, заражены вирусом иммунодефицита человека. Отсюда туберкулез, различные виды рака, развивающиеся на фоне основного заболевания. В нашем регионе также распространена тропическая паразитарная болезнь, которую вызывает земляная блоха, откладывающая личинки у человека под кожей. Но саркопсиллез легко предотвратить, поэтому везде, где бывает наша миссия, мы проводим профилактику”.

Проживая в Африке несколько месяцев и находясь рядом с распространителям различных инфекций, не сложно и самому что-нибудь подхватить. Врач говорит, что прививки ко всему сделать невозможно. Много раз, по его словам, он болел брюшным тифом, а “про малярию и говорить нечего: сначала считал, который раз она у меня была, после 20-го сбился”. Очень тяжело и долго доктор лечил бруцеллез, приобретенный в первую поездку. Чтобы снизить риск заражения этой инфекцией, сотрудники полностью отказались от любого мяса, кроме куриного, так как в Кении напрочь отсутствует ветеринарный контроль. Кроме вышеперечисленных проблем, Кузнецов еще отмечает высокую преступность в Кении, так как легко достать оружие.

С местным населением, по словам Кузнецова, сотрудники миссии разговаривают на английском языке, так как это второй государственный язык. А вот в отдаленных деревнях с языками уже сложнее, хотя на периферию врачу выезжать приходилось часто, особенно в горы к племени покот. Врач называет их дикарями: они практикуют линчевание, за воровство сжигают живьем и следуют еще массе изуверских и смертельно опасных обычаев, таких, как женское обрезание. Но наблюдать за их жизнью, по словам Кузнецова, очень интересно.

Posted on November 18, 2018 in blog

Back to Top